Светлана вышла из подъезда. У входа её ждала новенькая красная «Лада» — её первая машина, о которой она так долго мечтала и которой невероятно гордилась.
Она распахнула дверцу и подняла глаза на окна квартиры. Как и ожидала, мама улыбалась и махала ей рукой.
Светлана помахала в ответ и села за руль. Она не видела, но знала: мама перекрестила её сверху. Вырулив со двора, она влилась в поток машин, спешащих по улицам.
Многое изменилось в родном городе, но кое-что осталось прежним. Светлана ехала на свой первый рабочий день в больницу. Опытный врач, она всё равно волновалась — как её примут в новом коллективе?
За окном мелькнуло здание мединститута, и нахлынули воспоминания. А вспомнить было чего…
…После школы Светлана поступила в медицинский. С пятого класса она мечтала стать врачом.
Гордо рассказывала всем, что теперь она студентка, будущий доктор. Знакомые, бывшие одноклассники поздравляли её…
Она с нетерпением ждала начала учёбы. Но не ожидала, что будет так сложно. Приходилось с утра до ночи зубрить латынь. Просто надо знать — и всё. Весь первый курс она не отрывалась от учебников.
Интереснее стало на третьем курсе, когда начались клинические дисциплины. Теперь можно было не тупо заучивать, а думать, анализировать.
Светлана немного расслабилась — и вдруг заметила на лекциях симпатичного парня.
О нём ходили слухи, что он не пропускает ни одной хорошенькой девушки. А они и сами к нему липли — красивый же!
И неискушённая в любви Светлана тут же влюбилась. Понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но ничего не могла поделать. Ловила его взгляды, краснела. Мечтала о нём. Ведь сердцу не прикажешь! Трепетало оно при виде Игоря, не слушаясь разума.
Он наконец обратил на неё внимание. Она мечтала о романтике, а он быстро перешёл к делу. И, как это часто бывает, всё закончилось беременностью…
На занятиях ей было плохо, да и Игорь внезапно охладел.
Из-за этого она совсем сникла, рыдала ночами, уроки учила кое-как.
В отчаянии Светлана встретила Игоря в столовой и тихо сказала ему, что беременна, ковыряя вилкой неаппетитные холодные макароны.
Иллюзий не питала, но всё же надеялась — вдруг у него есть к ней хоть капля чувств?
Он внимательно посмотрел на неё и заявил, что жениться не готов, ничего такого не обещал, и лучше бы поскорее «прекратить это»… Так всем будет лучше, особенно ей. Допил компот и ушёл…
Рыдая, Светлана отодвинула тарелку и поплелась на пару.
Сколько ни пыталась поймать его взгляд на лекциях — Игорь больше не смотрел в её сторону. Потерял интерес…
…Мама так ничего и не узнала. Светлана сказала, что немного приболела. Возвращалась с занятий и сразу ложилась спать…
Но учёба шла вперёд, некогда было жалеть себя. В институте она часто видела Игоря, обнимающего других девушек.
Когда он изредка появлялся на лекциях, она не могла сосредоточиться, думая только о нём, глядя в его спину.
Светлана не выдержала и перевелась в Москву. Мама не понимала, уговаривала остаться. Но та путано объясняла, что там лучше учебная база и есть возможность устроиться в хорошую клинику.
На последнем курсе она вышла замуж за тихого одногруппника. Серьёзный, не слишком симпатичный парень был безумно в неё влюблён.
Жил он с матерью недалеко от центра. Та была портнихой и шила невестке красивые платья. За это Светлана была ей очень благодарна.
После института она устроилась в одну из столичных больниц. Отдавалась работе целиком, пропадая там сутками.
Дома с упоением рассказывала о маленьких пациентах, которым помогала, о своих успехах.
Муж работал обычным терапевтом и ревниво относился к её карьере. Да и его мать всё твердила сыну, что Светлане пора бы забеременеть — тогда остепенится, будет дома пироги печь да борщи варить.
В конце концов, заподозрив неладное, она настояла на разводе…
…Светлана смотрела из машины на родной город и вспоминала, как мучилась от вины — детей у неё нет и не будет.
Вот так отблагодарила её судьба за ту безрассудную юношескую любовь.
После развода она ещё несколько лет проработала в Москве. Но надоело скитаться по съёмным квартирам — и она вернулась домой, к маме.
Её сразу взяли в областную больницу, которая после столичной казалась ей убогой.
Светлана переоделась и зашла в ординаторскую. Уловила настороженные взгляды коллег, читавшие:
«Ну-ну, столичная штучка, что тут у нас затеяла? Не Москва тут. Привыкай к нашим порядкам».
Но Светлана быстро влилась в коллектив. Никого не критиковала, о себе не распространялась, столичным прошлым не кичилась.
Вскоре к ней привыкли и стали уважать за профессионализм и сдержанность.
К детям в больнице относилась с теплом — словно хотела отдать ту любовь, что не досталась её собственным.
Часто думала: как сложилась бы её жизнь, если б тогда не сделала ту процедуру? Чего испугалась? Может, не стала бы той, кем стала, но с ребёнком её жизнь обрела бы иной смысл. Почему молодость такая глупая и короткозоркая?
Вздохнула.
В Москве, конечно, работать хорошо — современное оборудование, передовые методы. Но и в маленьком городе люди неплохие. Без нужных лекарств и аппаратов они творят чудеса.
Как-то в центр доставили мальчика Алёшу. Родители сами привезли его, сидели в коридоре, плача и ругая себя за недогляд.
«Красивый мальчуган. Сколько девчонок за ним будут бегать», — подумала Светлана.
Когда малыша увезли, она сняла перчатки, халат и устало вышла к родителям.
— Как он? Когда можно увидеть?
Светлана сразу узнала Игоря. Не так уж много времени прошло — всего десять лет с их последней встречи. Обрадовалась, что не сняла маску. Но глаза…
Что можно прочесть во взгляде врача? Усталость, жалость, сочувствие… Он не узнал её.
Светлана взглянула на его жену. Худая, бледная, какая-то… невзрачная.
Промелькнула мысль:
«Сколько красавиц прошло через его руки, а женился на такой…»
К удивлению, он оказался заботливым отцом — вот как переживает за сы»Она глубоко вздохнула, повернула ключ зажигания и тронулась с места — жизнь шла дальше, и впереди было ещё так много хорошего.»
